НОВОСТИ В УЗБЕКИСТАНЕ
Фото: «Театр+»
Осторожно, двери закрываются. «Театр+» впервые поставил спектакль «Трое на качелях»
«Театр+», открывшийся в Ташкенте в конце прошлого года, после детских спектаклей впервые обратился к взрослой аудитории. Режиссёр Михаил Долоко поставил пьесу итальянца Луиджи Лунари «Трое на качелях». Обозреватель «Газеты» Дмитрий Поваров побывал на предпоказе.
Сегодня, 12:27
Культура
Визитной карточкой «Театра+», открывшегося в декабре 2025 года в здании бывшего киноконцертного зала «Зарафшан», стали иммерсивные постановки — те, что предполагают полное погружение зрителя в действие.
Для дебюта в Узбекистане режиссёр Михаил Долоко, более 30 лет проработавший в московском театре «Кураж», выбрал практику, пока ещё непривычную для Ташкента, и адресовал её детской аудитории. Три спектакля в репертуаре — «Краски», «Мастерская игрушек» и «Сундук Деда Мороза» — идут с успехом.
Теперь очередь дошла до взрослых. «Трое на качелях» по пьесе итальянского драматурга Луиджи Лунари — спектакль вполне традиционный, выстроенный в эстетике современной камерной постановки, где зрителю отводится привычное место в зрительном зале, зато предлагается самостоятельно разобраться в происходящем на сцене. Итальянец долгие годы сотрудничал с великим Джорджо Стрелером, основателем миланского «Пикколо-театра», то есть по всему видно — человек серьёзный.
На первый взгляд «Трое на качелях» — чистая комедия положений, но если вглядеться пристальнее, то станет ясно — история-то, что называется, с двойным дном, философическая, непростая. Неслучайно перед началом спектакля зрителям раздали в подарок калейдоскоп — игрушку, которая обещает бесконечное разнообразие узоров, но всякий раз собирает их из одного и того же набора стёклышек.
Фото: «Театр+»Реклама на Gazeta
Завязка недвусмысленно отсылает образованную часть публики к «За закрытой дверью» Жана-Поля Сартра. В загадочном помещении оказываются трое немолодых мужчин, загримированных в духе комедии масок дель-арте, которые висят на стенах в фойе театра. Одетые в одинаковые лиловые атласные рубашки и брюки, они разительно отличаются друг от друга характером и привычками. Экспансивный Фабрикант (Огабек Рустамалиев) сгорает от вожделения — он явился на интимную встречу с обитательницей женского пансиона. Неунывающему простоватому Капитану (Феруз Базаров) нужна какая-то фирма, где он должен утрясти служебные дела. Начитанный Профессор (Шерзод Сисматов) заглянул в издательство, которое готовит к печати его книгу.
Сценография устроена с подчёркнутой условностью. По периметру — три двери, которые то открываются, то не открываются. Исправно работает только та, что ведёт в туалет. Оконная рама в центре сцены вертится, словно флюгер — за окном жара сменяется проливным дождём. Красный холодильник напоминает скатерть-самобранку, послушно выдавая любой заказанный напиток, вплоть до горячего шоколада. Есть ещё макет громоздкого сейфа — предмет, который пока предпочитает хранить свои тайны.
Фото: «Театр+»
Случайно встретившиеся мужчины вынуждены терпеть общество друг друга — за стенами объявлен комендантский час из-за очередной пандемии. Мир снаружи закрывается, и герои остаются наедине с собой. Первое время они развлекаются вполне бытовыми занятиями: бегают в туалет, парят ноги в тазике, рассказывают анекдоты и занимательные истории. Молодые актёры охотно включаются в этот парад комических возможностей, временами превращая сцену в место состязаний на изобретательность. Им помогают музыкальные цитаты широкого диапазона: от Дмитрия Шостаковича через Эдит Пиаф до Майкла Джексона.
Особенно старается Капитан — в исполнении Базарова он, кажется, трудно подбирает слова, уходит в ненужные паузы. Однако в рассказанном грустном анекдоте о человеке, решившем спустя 20 лет навестить родной городок, минусы его игры искупаются аплодисментами. Вовлекая в действие реквизит и заставляя партнёров и зрителей ждать развязки, актёр может заставить публику поверить в один её вариант — и тут же подменить его другим. «Качели» исправно работают.
Фото: «Театр+»
С наступлением ночи во втором акте рисунок начинает меняться. Вынужденные постояльцы подозревают, что происходящее с ними имеет уже не вполне земное происхождение. На столе обнаруживается телефонный справочник Сингапура, в котором каждый с ужасом находит собственные имя и фамилию. Комедия положений делает резкий поворот, и привычные декорации начинают означать нечто совсем иное. Умные слова «экзистенциализм» и «свобода выбора» всплывают в зрительском мозгу, а загадочное помещение всё больше напоминает приёмную самого Господа Бога.
Сценическое пространство начинает мигать пульсирующим светом, и наконец-то в центре внимания оказывается упоминавшийся в самом начале сейф. Неожиданно из него появляется уборщица (Виктория Нескубко) в лабутенах, словно парафраз, почти классический deus ex machina. Она то ли пришла навести порядок, то ли действительно явилась из чистилища. «Ваш сын случайно не плотник?» — с подозрением допытываются у неё. «Нет, нет! — успокаивает девушка, закуривая. — Вот у него отец был плотником».
В этой неопределённости, собственно, и заключена главная трудность постановки. Комизм ситуации настолько увлекает молодых исполнителей, что им не всегда удаётся переключиться на более серьёзный смысл. Мужское трио пока не вполне справляется с задачей удержать баланс между смешным и страшным, бытовым и метафизическим. Драматический финал поэтому повисает в воздухе. Вместо тревожного послевкусия, на которое, кажется, рассчитывал автор пьесы, остаётся недоумение: чем же, собственно, всё закончилось?
Фото: «Театр+»
Развязка, звучащая под аккомпанемент популярной песни 70х-годов «Хоть поверьте, хоть проверьте» советской певицы Людмилы Сенчиной, получилась довольно скомканной — открытый финал всё-таки не гарантия большой художественной глубины. Впрочем, верить в хорошую судьбу этой первой взрослой постановки «Театра +», конечно же, хочется. Программка сообщает, что у спектакля существует и версия с женским исполнением ролей. Это даёт постановке ещё один поворот.
Перед пресс-показом Михаил Долоко рассказал, что, когда его приглашали в Москве на премьеры непонравившихся спектаклей, он, чтобы не обижать создателей, говорил: «Это заставило меня задуматься». В случае с «Тремя на качелях» формула пока работает скорее как пожелание, чем как окончательный критический вердикт. В театре вообще не стоит торопиться с выводами: за одной дверью может оказаться ванная, за другой — чистилище, а за третьей — всего лишь следующий акт.
Посмотреть, что окажется за следующей дверью в новой постановке «Театра +», можно будет 17,18 и 23 октября в 19:00.
