НОВОСТИ В УЗБЕКИСТАНЕ
Фото: Евгений Сорочин / Gazeta
Выставка Николая Шина, приуроченная к 585-летию Алишера Навои, открылась в Ташкенте
В галерее НБУ открылась выставка «Алишер Навои. Диалог эпох» — редкий случай, когда классик восточной поэзии оказывается фактом прожитой жизни художника. В почти 40 графических и живописных работах Николая Шина обозреватель «Газеты» Дмитрий Поваров увидел отражение памяти самого мастера.
Сегодня, 13:05
Культура
Николай Шин (1928−2006 гг.) — из тех художников Узбекистана, чьё творчество с трудом поддаётся аккуратной классификации. Он родился в 1928 году в Приморском крае, образование получил в Ташкенте: сначала в художественном училище имени П. Бенькова, затем — в театрально-художественном институте имени А. Н. Островского. В обоих много лет преподавал, воспитал несколько поколений художников. Но важнее другое: его биография оказалась неотделима от истории XX века — сложной, травматичной, лишённой гладких сюжетов.
Более 30 лет Шин работал над циклами «Реквием. Дорога памяти» и «Легенда о любви» — разными по форме, но сходными по внутреннему напряжению. В «Реквиеме» одним из первых в советском изобразительном искусстве поднял тему депортации корейцев с Дальнего Востока в Узбекистан в 1930-е годы — задолго до того, как она стала предметом публичного обсуждения.
Для Шина это была не историческая реконструкция, а личная память: к этой теме он возвращался снова и снова — в эскизах, камерных листах, крупных панно. Потому появление в его творчестве образа Алишера Навои кажется на первый взгляд неожиданным. Но именно здесь, в точке пересечения личной памяти и культурного канона, и возникает та самая «встреча эпох», вынесенная в название выставки.
«Я думаю, что эта выставка — такой перекрёсток Алишера Навои и Николая Шина. Здесь мы видим, как Николай Сергеевич интерпретировал эту тему. Я думаю, что в ней он смог найти все те струны человеческой души, которые затронули прежде всего его самого», — сказала на открытии директор галереи НБУ Камола Акилова.Реклама на Gazeta
Особым смыслом выставки стал и жест дарения: семья Николая Шина передала галерее две его работы — «Моя семья» (1996) и «Память» (2002). Эти полотна напрямую не связаны с образом Навои, но точно вписываются в логику выставки. Они возвращают разговор к главной для Шина теме — памяти: личной, семейной, исторической. Той самой, которая и делает возможным диалог художника с поэтом, жившим пять веков назад.
Проследить, как художник вчитывается в поэта, можно до 21 февраля.
