НОВОСТИ В УЗБЕКИСТАНЕ
Фото: Министерство цифровых технологий
Государственную политику в сфере цифровизации, кейсы внедрения искусственного интеллекта в бизнес и риски монополизации технологического рынка обсудили на панельной сессии Future Intelligence в рамках ICT Week Uzbekistan.
В ней приняли участие представители профильных госорганов, международных технологических компаний, локальных стартапов и банковского сектора. «Газета» приводит главное из выступлений.
«Ни один сектор не вытянет эту сферу в одиночку»
Министерство цифровых технологий совместно с Huawei и Global Computing Consortium готовит документ Uzbekistan AI White Paper («Белая книга Узбекистана по искусственному интеллекту»), сообщил первый заместитель министра цифровых технологий Олег Пекось.Реклама на Gazeta
Четыре года назад похожий документ — «Белая книга по электронному правительству» — лёг в основу дорожной карты по развитию госуслуг.
Новая «Белая книга» призвана перевести развитие ИИ в стране от точечных инициатив к системному внедрению согласно утверждённой Стратегии развития технологий искусственного интеллекта до 2030 года. Документ даст объективную оценку национальной экосистеме, определит её сильные стороны и ограничения, а также покажет направления, в которых технологии могут дать максимальный практический эффект.
Кроме того, AI White Paper может стать картой возможностей для технологических компаний и иностранных инвесторов, так как позволит им увидеть «понятную картину»: государственные приоритеты, состояние инфраструктуры, перспективные отрасли, кадровый потенциал и долгосрочные направления развития рынков.
«При этом нам важно получить не набор общих рекомендаций, а рабочий документ, который поможет государственным органам принимать решения, бизнесу — находить новые направления развития, а инвесторам — видеть конкретные возможности. Именно поэтому проект предусматривает отраслевые кейсы, инфраструктурный анализ и инструменты оценки результатов», — заключил Пекось.
Олег Пекось.
Начальник отдела мониторинга систем ЦОД EGOV CLOUD Аслиддин Абдуфаттахов рассказал о развитии Единого портала интерактивных госуслуг (MyGov) и о том, как искусственный интеллект изменит взаимодействие граждан с государством.
По его словам, за последний год платформа приняла свыше 66 млн обращений, ежедневно ею пользуются более 250 тысяч человек. Мобильное приложение MyGov установили более 16 млн пользователей. В приложении доступны 667 услуг — это порядка 72% электронных государственных услуг, для получения которых уже не нужно посещать офис.
Абдуфаттахов отметил, что экосистема завершает этап объединения ведомственных сервисов в «единое окно» и переходит к услугам, которые учитывают жизненные ситуации человека.
«Уже сегодня более 200 услуг упрощено по принципу „три шага“. Внедрено более 130 композитных услуг, когда несколько процедур из разных ведомств объединены в одну. Реализована 21 проактивная услуга — когда государство само предлагает услугу гражданину, а не ждёт заявления. Отменено более 150 справок, которые раньше приходилось собирать вручную. Всё это работает благодаря интеграции с более чем 160 информационными системами. Это и есть технологическая основа межведомственных взаимодействий», — сказал он.
В ближайших планах платформы — запуск трёх проектов на базе искусственного интеллекта: голосового и текстового помощника MyGov AI Assistant, системы голосового заполнения заявлений MyGov Speech to Text и сервиса распознавания документов Document AI.
Также планируется создать ещё 80 проактивных и композитных услуг, сократить сроки оказания 80 услуг и снизить стоимость 25 государственных услуг. При этом 20 наиболее востребованных процедур переведут в онлайн-формат через портал — без необходимости личного визита.
Параллельно меняются и очные центры государственных услуг. Их переведут в формат цифровых пространств, где граждане смогут получать услуги самостоятельно через терминалы, а сотрудникам отведут роль менторов.
Аслиддин Абдуфаттахов.
С момента создания Альянса по развитию искусственного интеллекта в 2025 году к нему присоединились 40 организаций, включая государственные ведомства, частные компании и университеты, рассказал директор AI Alliance Азиз Мухитдинов. Он пояснил, что задача организации — объединить участников рынка на одной площадке и дать им возможность обмениваться опытом.
«Ни один сектор не вытянет эту сферу в одиночку: государственные органы задают регуляторную рамку, частный бизнес выступает драйвером внедрения, а университеты обеспечивают отрасль кадрами», — сказал Мухитдинов.
По его словам, организация фокусируется на прикладных инициативах. В рамках программы «Пять миллионов лидеров ИИ» около 1000 молодых людей из регионов повысили свою квалификацию в этой сфере в этом году.
Другим ключевым проектом стал Национальный AI-хакатон, который прошёл в 11 регионах страны. Проведение этапа в Ташкенте намеренно отложили на финал, чтобы продемонстрировать потенциал регионов, отметил Мухитдинов. Конкурс объединил свыше 3000 участников, подготовивших порядка 200 прототипов, а часть команд после финала получила от венчурных фондов инвестиции в размере 20−30 тысяч долларов.
Азиз Мухитдинов.
«Нужно быть там, где новшества и инновации»
Руководитель отдела решений международного бизнеса китайской Ant Digital Technologies Ефэй Сун рассказал, что экосистема Alipay, построенная по принципу супераппа, на сегодняшний день расширилась до 4 млн мини-программ.
Чтобы упростить навигацию в массиве сервисов, компания меняет подход к пользовательскому опыту — рынок переходит от традиционных интерфейсов с кнопками и меню к агентным моделям ИИ. При таком подходе клиенту больше не нужно самостоятельно искать нужные разделы — взаимодействие с платформой происходит через естественный диалог с цифровым ассистентом, который сам выполняет необходимые действия.
Ефэй Сун.
СЕО образовательной платформы Mohirdev Анвар Нарзуллаев рассказал о внедрении полностью автоматизированной системы подготовки к трудоустройству. Все этапы — от технического собеседования и решения кейсов до видеоинтервью с анализом поведения кандидата — проводятся с использованием языковых моделей. Всего через платформу прошло уже свыше 70 тысяч выпускников.
Наиболее заметный эффект от внедрения ИИ компания получила во внутренних процессах. По словам Нарзуллаева, команду разработки Mohirdev сократили до двух человек: тимлида, утверждающего технический план, и инженера по качеству (QA), принимающего результат. Весь код для фронтенда и бэкенда генерирует искусственный интеллект.
В результате время разработки новых функций сократилось в 67 раз — средний срок уменьшился с 14 дней до 4−6 часов. Кроме того, в компании создали единое хранилище данных, объединившее CRM, финансовые системы и юридическую документацию с возможностью выполнения аналитических запросов через MCP.
Анвар Назруллаев.
Председатель правления TBC Bank Uzbekistan Спартак Тетрашвили призвал снизить уровень эмоциональных ожиданий от термина «искусственный интеллект».
«Искусственный интеллект, я думаю, — это маркетинговое название, потому что его [в классическом понимании] не существует. То, что мы сегодня так называем, — супермощные модели, способные очень эффективно обрабатывать данные», — сказал он.
Тетрашвили сравнил появление ИИ с внедрением компьютеров 50 лет назад, когда финансовый сектор переходил от ручного счёта к автоматизации.
В TBC Bank выделяют три ключевых сценария взаимодействия с клиентами на базе искусственного интеллекта:
-
Голосовой ассистент Lola в приложении рекомендует банковские продукты на основе истории действий пользователя;
-
Около 30% первичных звонков совершают ИИ-боты, информируя клиентов перед переключением на специалиста;
-
ИИ-бот выполняет порядка 120 тысяч звонков в месяц, чтобы напомнить о задолженности.
Для автоматизации внутренних процессов в банке создан отдельный департамент «AI-изации», а следующим фокусным направлением станут ИИ-агенты. За последние три года инвестиции банка в эти технологии составили не менее 15 млн долларов, сообщил Тетрашвили.
«[Это] немаленькая сумма, но мы однозначно видим большую отдачу. Может быть, не один в один в цифрах прибыли, но это будущее. Если сегодня не купишь компьютер, ты не поймёшь, как завтра его использовать. Поэтому мы считаем, что нужно быть там, где новшества и инновации», — заключил он.
Спартак Тетрашвили
Директор по технологиям и продукту маркетплейса Uzum Руслан Намазов подчеркнул, что компания ориентируется исключительно на бизнес-эффект от внедрения технологий. Наибольшую ценность для электронной коммерции представляют алгоритмы поиска и персональных рекомендаций, а также генеративные модели для модерации контента.
По его словам, все ИИ-решения в компании проходят обязательное маркетинговое тестирование, так как основные риски проявляются при масштабировании продуктов.
«Можно всё что угодно заливать токенами ИИ, но если это не будет эффективно, в этом не будет смысла. Вторая проблема — безопасность данных. Решения, работающие на небольшом объёме, и решения на масштабном потоке — это абсолютно разные вещи, потому что нужно учитывать все непредвиденные ситуации», — сказал Намазов.
Руслан Намазов.
Ректор Университета Инха в Ташкенте Бобур Абдуллаев отметил, что искусственный интеллект меняет традиционные принципы образования. Если раньше весь класс из 30 человек одинаково слушал одного преподавателя, то ИИ позволяет внедрить персонализированное обучение.
«С использованием искусственного интеллекта мы наконец можем передавать персонализированные знания каждому. Эти 30 человек могут сидеть в одной аудитории, но получать информацию в той форме, которая подходит именно им. Студент, интересующийся футболом, может изучать тот же закон физики через примеры из футбола, а увлекающийся музыкой — через музыку», — поделился он.
Говоря о подготовке IT-специалистов, Абдуллаев выделил два ключевых аспекта. Во-первых, бизнес обновляет ИИ-стек каждые несколько недель, поэтому вузам необходимо оперативно корректировать программы. Для этой цели в Университете Инха создан Индустриальный консультативный совет (Industry Advisory Board) из руководителей и экспертов IT-компаний.
Бобур Абдуллаев.
Во-вторых, работодатели всё чаще отказываются от найма начинающих разработчиков и снижают спрос на специалистов уровня «мидл», из-за чего вузам нужно готовить кадры, способные не просто писать код, но и управлять созданием готовых продуктов с помощью ИИ.
В качестве примера адаптации обучения спикер привёл практический кейс из университета: студентам дают задание, на разработку которого обычно уходит месяц, но просят выполнить его за двухчасовое занятие. Главные условия — активное взаимодействие в команде и обязательное использование ИИ-инструментов.
«Искусственный интеллект становится стратегической инфраструктурой»
Заместитель председателя Комитета по развитию конкуренции и защите прав потребителей Узбекистана Фаррух Карабаев посвятил своё выступление регулированию рынков, монополизации технологий и антимонопольной политике в эпоху ИИ.
«Главный вопрос сегодня — не кто будет контролировать искусственный интеллект, а кто будет контролировать рынки, на которых решения уже принимает искусственный интеллект», — сказал он.
В подтверждение этого тезиса Карабаев привёл исследование Гарвардского университета и Университета штата Пенсильвания, опубликованное в 2024 году. В ходе эксперимента два ИИ-агента, не имевшие прямого канала связи друг с другом, самостоятельно устанавливали цены, стремясь максимизировать прибыль. В результате они пришли к сверхконкурентным ценам, а при ориентации на долгосрочную доходность общая прибыль приблизилась к уровню монополиста. При этом классические механизмы антимонопольного контроля в этом случае не работают, поскольку юридического факта сговора или переписки между алгоритмами не было.
Фаррух Карабаев.
Карабаев также указал на беспрецедентный уровень концентрации ресурсов у ведущих технологических гигантов. В 2026 году Amazon, Alphabet, Microsoft и Meta планируют совокупно потратить около 725 млрд долларов на капитальные расходы, значительная часть которых связана с развитием ИИ-инфраструктуры. Это на 77% больше показателя прошлого года.
Отвечая на вопрос о роли государства, Карабаев призвал воздержаться от поспешного принятия отдельного закона об ИИ. В качестве примера он привёл Европейский союз, где жёсткий AI Act ограничил местный технологический сектор, из-за чего европейские компании начали отставать от американских и китайских конкурентов.
Вместо жёсткого регулирования представитель Комитета по развитию конкуренции предложил усиливать смежное законодательство.
В части антимонопольного контроля Карабаев выступил за то, чтобы дополнить закон о конкуренции понятием «квазислияний» — сделок формата «лицензия плюс команда», с помощью которых технологические корпорации обходят стандартные процедуры согласования.
В сфере ценовых алгоритмов предложил обязать компании обучать системы только на данных старше 12 месяцев, а антимонопольному органу предоставить право запрашивать журналы алгоритмов на концентрированных рынках, таких как топливо, авиабилеты и цемент.
Передача личных данных граждан из госсервисов для обучения моделей, по мнению Карабаева, должна происходить только с явного согласия пользователей.
Важным чиновник считает и развитие суверенного ИИ. Для государственного сектора он предлагает создавать небольшие модульные дата-центры с компактными моделями, полученными методом дистилляции, вместо крупных дорогостоящих систем.
Владимир Норов.
Председатель Центральноазиатской ассоциации ИИ Владимир Норов обратил внимание на геополитическую роль технологии в контексте создания Всемирной организации сотрудничества в области ИИ (WAICO) в Шанхае.
«Искусственный интеллект перестал быть просто технологической инновацией. Он становится стратегической инфраструктурой, наподобие электроэнергии, интернета и космических технологий, а также ключевым направлением геополитического соперничества ведущих государств, прежде всего США и Китая», — сказал он.
Узбекистан вошёл в число 29 стран-основателей WAICO вместе с Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном. По словам Норова, статус соучредителя даёт государствам региона возможность участвовать в выработке глобальных правил, механизмов принятия решений и технических стандартов, а не адаптироваться к чужим нормам.
Спикер подчеркнул, что в основу новой организации заложены взаимное доверие, уважение суверенитета и принятие решений на основе консенсуса. Для Узбекистана, стремящегося стать региональным хабом, членство в WAICO, по его словам, открывает доступ к развитию ЦОД, облачных платформ, привлечению инвестиций и совместным исследовательским центрам.
