НОВОСТИ В УЗБЕКИСТАНЕ
Фото: Шухрат Латипов / «Газета.uz»
Международный валютный фонд в докладе Selected Issues по Узбекистану оценил финансовое состояние госпредприятий и связанные с ними риски для бюджета.
По данным Агентства по управлению государственными активами, которые приводит МВФ, в 2024 году из 2148 госпредприятий прибыльными были 982, или 46%. Остальные были убыточными, неактивными, находились в процессе ликвидации либо не раскрывали данные о прибыльности.
Наибольшую прибыль в процентах к ВВП обеспечивал горнодобывающий сектор. С большим отрывом за ним следовали нефтегазовый сектор, банки и финансы. Основными убыточными направлениями были электроэнергетика, жилищно-коммунальные услуги и водное хозяйство.
МВФ связывает убытки в этих секторах, в частности, с тем, что предприятия предоставляют услуги населению, за которые получают только частичную компенсацию либо не получают её вовсе.
Структура дивидендов в бюджет также показывает сильную зависимость от горнодобывающей отрасли. По данным фонда, около 80% дивидендов госпредприятий в 2024 году поступило от горнодобывающего сектора, 9,5% — от нефтегазового, а оставшиеся 10,5% — от всех остальных прибыльных отраслей.
МВФ делает вывод, что государство как акционер получает низкую отдачу от значительной части своего портфеля активов.Реклама на Gazeta
Фонд отдельно провёл «проверку финансового здоровья» 21 крупнейшей нефинансовой госкомпании, по которым доступны аудированные отчёты по МСФО. Их совокупные активы составляли около 48% ВВП.
Анализ учитывал прибыльность, ликвидность и платёжеспособность компаний. В 2021−2023 годах четыре из 21 компании стабильно находились в зоне ниже умеренного риска. В основном это были предприятия горнодобывающего сектора.
Семь компаний находились выше умеренного уровня риска. Это предприятия электроэнергетики, газа и химической промышленности. Ещё 10 компаний оставались в «серой зоне» умеренного риска — в основном из-за слабой ликвидности и долговой нагрузки.
Данные за 2024 год по 16 из 21 компании показали улучшение по сравнению с 2023 годом. МВФ объясняет это прежде всего «значительным повышением регулируемых тарифов на электроэнергию и газ» в мае 2024 года. Оно улучшило показатели трёх компаний электроэнергетического и газового сектора.
В целом, по оценке фонда, между 2021 и 2024 годами наблюдалось «умеренное улучшение» показателей риска. Из 15 компаний, по которым были данные за все годы, шесть улучшили свои показатели, три — ухудшили. Пять из шести компаний с улучшением работали в электроэнергетике и газовом секторе.
МВФ отмечает, что госпредприятия получают поддержку государства в разных формах. Это бюджетные субсидии, переадресованные внешние кредиты, займы Фонда реконструкции и развития, кредиты внутренней банковской системы, госгарантии.
Госпредприятия также получают поддержку нефинансовыми способами, как указывал Всемирный банк: например, через исключения из законов, которые стимулируют рыночную дисциплину, таких как законодательство о неплатёжеспособности, или из лицензионных требований, исходя из их правового статуса, а также через фактический или юридически закреплённый преференциальный доступ к земле и госзакупкам.
Фонд признаёт, что объём такой поддержки в процентах к ВВП постепенно снижается, поскольку власти ужесточили условия её предоставления. Однако, по оценке МВФ, «мягкие бюджетные ограничения» всё ещё ослабляют стимулы руководства госпредприятий к реструктуризации и повышению эффективности.
В части регуляторной базы отсутствует разделение между коммерческой деятельностью и общественно значимыми обязательствами, что размывает ответственность за результаты.
Нет требования, чтобы госпредприятия обеспечивали доходность, сопоставимую с рыночной, что поддерживает неэффективность. Кроме того, существуют исключения из законов, которые дают госпредприятиям необоснованные преимущества.
Обязательства должны быть определены, рассчитаны и полностью компенсированы из бюджета. Господдержка, если она необходима для реформ, должна предоставляться только на основе убедительных планов реструктуризации, быть привязана к прогрессу реформ и постепенно сворачиваться.
Пересечение функций собственника между Агентством по управлению госактивами, отраслевыми министерствами и местными органами власти размывают ответственность и соответствующую подотчётность. Строгие критерии для обоснования государственной собственности или участия государства в экономике, предусмотренные законом «Об управлении государственным имуществом», не были реализованы, отметили в МВФ.
По мнению фонда, в части корпоративного управления наблюдательным советам не хватает автономии, поскольку в них недостаточно квалифицированных независимых членов, а их полномочия обычно ограничены. Принципы корпоративного управления применяются к госпредприятиям неравномерно.
В части прозрачности и раскрытия информации реестр госпредприятий АУГА имеет непоследовательную структуру и не содержит чёткого определения госпредприятия. При этом отсутствует централизованный мониторинг программ приватизации. Эти два фактора подрывают надлежащий мониторинг и оценку прогресса приватизации. Аудированная финансовая отчётность по стандартам МСФО для всех госпредприятий остаётся целью, которой ещё предстоит достичь.
МВФ также отмечал, что около 84% предприятий с госучастием в Узбекистане работают в конкурентных секторах, где сложнее обосновать присутствие государства. Среди них — базары, сельское хозяйство, сфера услуг, туризм и фармацевтика. Активы госпредприятий на конец 2024 года составили 101% ВВП.
С 2021 по 2025 год в Узбекистане было приватизировано государственных активов примерно на 5,1 млрд долларов, говорится в отчёте Fitch Ratings, которое ранее улучшило прогноз со «стабильного» на «позитивный». По предварительным оценкам агентства, только в 2025 году объём приватизации составил 1,6 млрд долларов.
