НОВОСТИ В УЗБЕКИСТАНЕ
Фото: Gazeta
«Не только не решает проблемы, но и создаёт новые». Производители воды, напитков и эксперты — о цифровой маркировке
Система цифровой маркировки воды и прохладительных напитков, внедрённая в Узбекистане вслед за РФ, сказалась на скорости производства и себестоимости продукции, рассказали производители и игроки рынка. Этап агрегации дополнительно усложнил процессы, логистику и повысил издержки, отмечают они.
Ўзбек тилида
O‘zbek tilida
Вчера, 20:42
Экономика
С 1 апреля в Узбекистане была внедрена агрегация (отслеживание крупных партий товара) в системе цифровой маркировки воды и безалкогольных напитков. По данным игроков рынка, это уже негативно сказалось на работе магазинов и дистрибьюторов из-за усложнения процессов и логистики, а также увеличения издержек. Ситуация осложняется чрезмерными санкциями: за нарушение правил маркировки (которое может быть непреднамеренным) предусмотрены огромные штрафы — до 20% от квартальной выручки.
В конце марта «Газета» публиковала обращение Ассоциации производителей напитков и соков UzBev к правительству, где говорилось о серьёзных рисках, нереалистичности внедряемой модели, неготовности рынка и непроработанности алгоритмов. В компании CRPT Turon (оператор Национальной информационной системы мониторинга маркировки и отслеживания продукции Asl Belgisi) в ответ заявляли, что опасения необоснованны и назвали это частью глобального тренда.
Проблема затем поднималась на встрече заместителя премьер-министра Жамшида Ходжаева с предпринимателями. Он заявлял, что интересы предпринимателей должны быть в приоритете, и поручал Налоговому комитету изучить ситуацию. В НК говорили, что пока не будут штрафовать за нарушения, однако из-за отсутствия документального подтверждения такому заявлению бизнес опасается брать на себя риски.Реклама на Gazeta
«Газета» поговорила с представителями двух крупных производителей безалкогольных напитков о проблемах, возникших в связи с внедрением цифровой маркировки и этапа агрегации. Из-за опасений последствий они попросили не указывать их имена и названия компаний. Мы также узнали мнение руководителя ассоциации UzBev Альфии Мусиной и налогового консультанта Мурода Мухамеджанова.
«Огромная нагрузка на все цепочки поставок» — один из крупных производителей
— Расскажите о вашей компании. Какие виды продукции вы производите и каков объем производства в год, месяц и день?
— Мы производим сладкие газированные напитки и воду. Объем производства значительный.
— С какими основными трудностями вы сталкиваетесь в процессе внедрения цифровой маркировки?
— Было сложно выбрать интегратора, который подходил бы нам, а также выбрать наиболее эффективное и недорогое решение. В итоге после выбора интегратора в условиях международной нестабильности мы столкнулись с большим количеством проблем с поставками, запчастями, запуском.
Далее — после того, как мы запустили у себя, мы столкнулись с большими проблемами при экспорте в РФ, а также с проблемами с дистрибьюторами и торговыми точками.
Мы столкнулись со снижением эффективности производства практически более чем на 20%, а также увеличением затрат и повышением себестоимости продукции.
— Во сколько обошлась закупка оборудования для маркировки и сопутствующих технических средств?
— Нам это обошлось в более чем полмиллиона долларов. И это только расходы на оборудование.
Ещё есть постоянные расходы на закуп кодов, которые мы вынуждены закупать по предоплате. Кроме того, на техобслуживание оборудования, оплату сервиса и дополнительный персонал по всей цепочке продаж.
— Как изменилась производительность ваших линий после установки маркировочного оборудования? Наблюдаются ли технические простои, не зависящие от компании? Приводят ли эти задержки к финансовым потерям?
— Серьёзно снизилась эффективность и производительность линий. Скорость упала более чем на 20%. Увеличились расходы. Пришлось нанимать дополнительных людей. К сожалению, в системах постоянно наблюдаются сбои.
Система сложная и требует максимальной мобилизации всех ресурсов. Очень многое зависит не только от нас. Иногда ломается оборудование, запчасти на которое негде взять. Иногда не работает софт. Иногда интеграторы не работают. Иногда не работает система CRPT Turon.
В итоге ты становишься заложником внешних факторов. Сам софт для обработки кодировки нестабилен и периодически не работает, что создаёт простои.
— Какова была доля контрафакта вашей продукции до введения маркировки?
— Не было совсем.
— Как затраты на маркировку (стоимость кода + техподдержка + дополнительные трудозатраты) повлияли на себестоимость продукции?
— Несомненно, сами коды, их нанесение, дополнительный персонал, а также оборудование, связанное с процессом, увеличивают себестоимость продукции. Это существенная сумма, которую мы вынуждены транслировать на покупателя.
— На сколько процентов этот процесс отразился (или отразится) на конечной розничной цене товара на полках магазинов?
— Любое повышение себестоимости влияет на стоимость товара на полке. В нашем случае даже добавление кода ведёт к повышению стоимости товара на полке на 1000 сумов. Это напрямую влияет на цену и на продажи.
— С какими сложностями вы сталкиваетесь в процессе агрегации товаров в короба и паллеты (кодирование больших партий)?
— Есть сложности технического характера, есть организационного, есть финансовые. Часто из-за человеческого фактора возникают проблемы с агрегацией паллет или фур.
Мы перестали отправлять товар по железной дороге ввиду невозможности переагрегации продукции из фур в вагоны и потом из вагонов в фуры и палеты обратно.
Необходимо постоянно обучать и контролировать дополнительный персонал, который участвует в процессе. Мы вынуждены также отдельно покупать коды агрегации на уже промаркированный товар.
С трудностями сталкивается вся цепочка поставок. У каждого они свои.
— Готовы ли дистрибьюторы и точки розничной торговли к приёмке маркированной продукции?
— Однозначно нет. С улицы идёт шквал непонимания, возвратов товара, отказа от приёмки товара, недовольства и даже проклятий в наш адрес. Из-за введения прослеживаемости мы столкнулись с отсутствием возможности отдавать товар рознице на консигнацию, существенно увеличилось время приёмки на складе дистрибьютора, пришлось нанимать дополнительный персонал, увеличились стоимость и время логистики, что в итоге ставит под вопрос целесообразность работы дистрибьюторов.
Раньше водитель-доставщик проводил на точке минимальное количество времени, сейчас же это время увеличилось в разы, иногда — в десятки раз. В итоге нужно либо увеличивать количество машин, либо уменьшать доставку. И то, и то влияет на продажи и на прибыль.
В напитках чистая прибыль дистрибьюторов к обороту составляет в зависимости от товара от 2 до 10%. Таким образом, увеличение издержек лишает дистрибьюторов заработка и заставляет их закрываться.
То же касается и мелких производителей. Они не могут позволить себе такие дополнительные расходы.
В торговых точках ситуация аналогичная. Точки вынуждены тратить огромное количество времени для приёмки товара от доставщиков. Время увеличилось в разы. Многие торговые точки — это семейные предприятия, где за кассой и на приёмке стоит один человек. Увеличивается также время на обслуживание покупателя.
В итоге мы получаем снижение продаж и выручки. Как результат — снижение поступлений от налогов в бюджет.
— Что вы можете сказать о штрафах и санкциях?
— Штрафы абсолютно не адекватны серьёзности нарушений. 2% от квартального оборота заставят любую, даже самую успешную компанию, уйти с рынка.
— Какова позиция компании относительно цифровой маркировки? Какие методы отслеживания продукции использовались вами до этого?
— Мы работаем на основании международного стандарта ISO 22000 (устанавливает требования к системе менеджмента безопасности пищевой продукции для всех организаций в цепи поставок продуктов питания — ред.), в нём чётко прописан механизм отслеживаемости. Никаких проблем с прослеживаемостью не возникало.
Что мы думаем по поводу цифровой маркировки? Она не только не решает проблемы, она создаёт новые. Для воды и напитков нет никакого смысла в данной инициативе. Данная система не работает в условиях, когда доля организованного ритейла составляет не более 10%, как в нашей стране.
В мире, кроме РФ, больше нет ни одного успешного кейса внедрения данного рода систем по напиткам. Эффективность в РФ очень сомнительна, да и рынок там совершенно отличается от нашего. Данная система создаёт огромную нагрузку на все цепочки поставок, не решая никаких задач. Мы выступаем за полную отмену данной инициативы.
«Добросовестный производитель должен за всё платить, всё делать и потом ещё и быть виноватым» — другой крупный производитель
— Что вы производите и каков объем производства?
— Напитки в ассортименте, соки, нектары. Общий объём производства превышает 30 миллионов литров в год.
— Каковы основные трудности в процессе внедрения цифровой маркировки?
— Мы сталкиваемся с целым рядом проблем. Формальная отсрочка платежа — в дополнительном соглашении прописано наличие депозита на счету поставщика услуги CRPT Turon, что фактически равнозначно предоплате. Отсрочка подразумевает проведение оплаты после предоставления услуги.
При возникновении проблемы со считыванием кода приходится разворачивать целую машину с грузом. Из 10 отгрузок 8−9 возвращаются на завод из-за сложностей со сканированием, отображением и ряда других технических ошибок.
Скорость доставки существенно снижается, так, при возможности обслуживания 10−15 торговых точек в день до вступления в силу требования об обязательной агрегации сейчас в день возможно обработать 5−7 точек, и большая часть из них обрабатывается с ошибками и заканчивается возвратом товара на наш склад.
Не хватает квалификации у персонала производителя. Не хватает квалификации у персонала дистрибьюторов.
Проблема вывода из оборота маркированной продукции — по истечении срока годности в Asl Belgisi эти коды списываются автоматически, но в MySoliq предприятия должны сами эти коды списывать.
Проблема кассовых аппаратов — один и тот же код может быть отсканирован несколько раз (человеческий фактор), при этом кассовый аппарат не даст ошибку, но предприятие за неоднократное сканирование одного и того же кода могут наказать (уже приходили предупредительные письма).
Значительно увеличиваются расходы на логистику, так как при сдаче продукции необходимо пробить каждый код. Это занимает время, и если до внедрения маркировки один доставщик мог развести 40 магазинов, то теперь это 20. Чтобы сохранить объёмы реализации, необходимо увеличить количество доставщиков, то есть увеличить парк машин.
Как итог — удорожание себестоимости продукции, которое ведёт к поднятию цены продукта для потребителя. А это приведёт к снижению потребления, соответственно к снижению производства и снижению налоговых отчислений.
Проблема с экспортными отгрузками — мы не можем производить немаркированную продукцию, зарубежные покупатели требуют нанесение своей маркировки, которая клеится поверх нашей и далее невозможно отгружать без сканирования. Ряд клиентов уже начали отказываться от заказов, что также ведёт к снижению объёма экспортной валютной выручки.
— Во сколько компании обошлась закупка оборудования?
— Более 300 тысяч долларов и потраченные нервы при выборе интегратора, заключении контракта и поставке оборудования на нашу площадку. Причём нервы мы продолжаем тратить по сей день, так как регулярно выявляются новые ошибки и неполадки.
— Как изменилась производительность ваших линий после установки маркировочного оборудования? Наблюдаются ли технические простои, не зависящие от компании?
— Технические простои регулярны — то система не работает, то коды не уходят, то камера сломалась. В целом теряем не менее 10%.
— Какова была доля контрафакта вашей продукции до введения маркировки?
— Нашу продукцию подделать дорого и трудозатратно. Одна производственная линия стоит не менее 3 млн евро, не считая расходы на подготовку помещения, техническое оснащение, обслуживание.
Контрафакта за всю историю не было ни разу.
— Как затраты на маркировку повлияли на себестоимость продукции?
— 1 пачка сока 200 мл — цена на полке, к примеру, 3000 сум. Из них 68 сумов за код, 15 сумов за стикер, чернила, расход электроэнергии. При этом техподдержка интегратора независимо от объёма производства — около 3000 долларов в месяц.
Дополнительная рабочая сила — на сканирование, перемещение по складу, доставку, выгрузку и так далее. По сути, мы на ровном месте получаем удорожание на 2−4%.
— Как этот процесс сказывается на розничной цене товара?
— Во многих торговых точках отказывают в новых заказах, так как не хотят связываться со сканированием, вкладываться в дополнительное оборудование в виде специальных кассовых аппаратов и ручных сканеров.
— С какими сложностями вы сталкиваетесь в процессе агрегации товаров?
— Регулярные ошибки в непрочтении или неправильности кода. Приходится разбирать весь паллет, искать ошибку и заново собирать. Временные и энергозатраты налицо.
— Готовы ли дистрибьюторы и магазины к приёмке маркированной продукции?
— Из 20 дистрибьюторов фактически готовы два. И то не полностью. Многие хотят отказываться от данного вида продукции.
— Что вы можете сказать о штрафах и санкциях?
— Я не до конца владею этой информацией, но знаю, что штрафы весьма существенны. По сути получается, что добросовестный производитель сам должен за всё платить, всё делать и потом ещё и быть виноватым.
При этом контролирующие органы только звонят и требуют. Помогать, объяснять, вникать в проблемы производителей и тем более экспортёров никто не хочет.
— Какова позиция компании относительно цифровой маркировки? Какие методы отслеживания продукции использовались вами до этого?
— Мы изначально были не в восторге от этой идеи, но понадеялись, что маркировка поможет нам более детально понимать нашего потребителя, карту покупок, выявить слабые зоны продаж. А по факту мы имеем отсутствие информации.
Зачастую бывает так, что, привезя маркированный и агрегированный товар в торговую точку, мы не можем его передать, так как при сканировании выходит красная отметка, что товар ещё не произведён! Хотя он прошёл все этапы у нас на производстве и отчёт о нанесении был успешно пройден.
«В мире нет успешного опыта внедрения цифровой маркировки для прохладительных напитков» — Альфия Мусина
— Не могли бы вы описать, какие стороны участвуют в процессе маркировки?
— Система цифровой маркировки внедрялась для отслеживания движения товара от производителя до конечного покупателя. Это планировалось делать через единый цифровой код, нанесённый на каждую единицу товара. Система работает через национальную систему мониторинга Asl Belgisi, её оператор — CRPT Turon. В процессе участвуют следующие стороны:
- Производитель / импортёр: заказывает коды и наносит их на продукцию.
- Оптовая торговля: коды сканируются при поступлении на склад и при отгрузке, что фиксирует в системе смену «владельца» товара.
- Розница (магазины): при продаже код сканируется на кассе и окончательно «выводится» из оборота.
- Потребитель: через мобильное приложение может проверить подлинность продукта.
— Почему обязательная маркировка безалкогольных напитков не получила широкого распространения в развитых странах? Там подобные системы внедряются крупными корпорациями добровольно, а не по требованию государства.
— Наша индустрия — это пищевая промышленность. Она работает по скоростным алгоритмам в производстве, транспортировке и продажах. Все наши производители — добросовестные компании, которые наладили систему прослеживания произведённых товаров на основе международных стандартов и сертификации (ISO, SAP, ERP, etc.).
Маркировки на воду и прохладительные напитки нет нигде в мире. В настоящее время отсутствует успешный мировой опыт по внедрению цифровой маркировки для прохладительных напитков. Были некоторые пилотные проекты в Бразилии, Аргентине, Турции, Саудовской Аравии, но повсюду были отменены.
- Правительство Саудовской Аравии исключило безалкогольные напитки из списка отраслей, подлежащих обязательной цифровой маркировки в результате неудачного пилотного проекта, когда ни один из поставщиков не смог решить технические проблемы.
- Действующая система в России несёт в себе массу технических сложностей и недочетов.
- В Турции принятый закон был отменён из-за технической невозможности реализации и признания существующей системы отслеживания производителей эффективной.
- В Бразилии спустя два года закон о цифровой маркировке был отменен.
- В Бангладеш после изучения вопроса правительство пришло к выводу, что потери в бюджете значительно превысят доход от внедрения цифровой маркировки в стране.
Цифровая маркировка на напитки для нас — как дополнительный акциз на подакцизный товар (акциз на сахаросодержащие напитки), расходы на который переносятся на потребителя.
Ввиду неготовности ритейла и торговых точек, а также нерешённости целого ряда технических вопросов по внедрению цифровой маркировки мы на всех этапах просили отсрочить её введение для производителей и провести диагностику ритейла.
Большинство магазинов — это небольшие торговые точки, киоски и семейные магазины, которые принимают оплату через кассовые аппараты, работают с наличными расчётами, не имеют бухгалтерии и не работают с электронными счёт-фактурами.
В отношении воды и напитков цифровая маркировка экономически нецелесообразна, так как стоимость единицы продукции низкая (в сравнении с алкогольной и табачной продукцией), а уровень контрафакта — в рамках статистической погрешности. Система не решит проблему существующего контрафакта, так как наша продукция не продаётся через официальные торговые точки.
Доля организованного рынка в Узбекистане составляет не более 10%, в отличии от рынка России, откуда перекочевала цифровая маркировка, где основной вид продаж — это структурированный ритейл.
По Узбекистану насчитывается ограниченное количество лицензированных точек, реализующих алкогольную продукцию. Продукцию же нашей индустрии продают порядка 85 тысяч торговых точек. Способ реализации нашей продукции отличается от алкогольной ввиду того, что 90% рынка в условиях Узбекистана — это базары и мелкие торговые точки.
Большая проблема — отсутствие специализированных технических решений для высокоскоростных линий и некоторых видов упаковки. Специфика продукции нашей индустрии кардинально отличается от алкогольной продукции высокой скоростью производства: на каждой линии производится несколько видов продукции и разливается в различную по размеру и форме упаковку.
Проведённые пилотные изучения на предприятиях показали, что ни один поставщик не может предоставить полноценное техническое решение для обеспечения нанесения маркировки. Нет решения, которое бы не препятствовало бесперебойному производству с минимальным количеством брака и не влияло бы на скорость производства на скоростных линиях по розливу напитков.
Технически положение усугубляют регулярные сбои интернета и электричества в Узбекистане, в связи с чем поломка оборудования для нанесения маркировки приведёт к остановке производственного процесса, а это нанесёт значительный материальный урон предприятию.
Некоторые производители производят продукцию в возвратных стеклянных бутылках, которые отвечают стандартам экологической безопасности.
На данный момент в оптовых и розничных точках торговли ещё не разработан стандарт сканеров для гарантированного считывания кодов маркировки. Если нанесённая маркировка на товаре не считывается сканером по какой-либо причине, товар придётся вычесть из оборота, что негативно скажется на прибыли торговой точки. Механизм возврата не разработан.
Нецелесообразно запускать процесс внедрения цифровой маркировки при отсутствии эффективных, протестированных технических решений по всей цепочке продаж, которые бы способствовали беспрерывной и беспрепятственной логистике от производителя до конечного потребителя. Производители понесут высокие потери из-за остановки, замедления существующих производственных процессов.
Внедрение обязательной цифровой маркировки — проект дорогостоящий в реализации. Существуют риски при выборе неправильного программного обеспечения, а также зависимость и привязанность к конкретному поставщику, который использует соответствующие системы. Интеграторов — дефицит. Это отрицательно влияет на условия здоровой конкуренции и бизнес-среду.
Агрегация предполагает отслеживание каждой отдельной бутылки в системе. Но индустрия напитков работает по совершенно иному алгоритму: один грузовой автомобиль развозит товар в десятки торговых точек, часть товара может не приниматься клиентом, происходят частичные возвраты, используются смешанные паллеты.
Если бутылка, предназначенная для магазина А, случайно окажется в магазине Б, система может запретить продажу товара, хотя он произведён легально.
«Наказание просто нереальное» — налоговый консультант Мурод Мухамеджанов
— Согласны ли вы с заявлением, что внедрение цифровой маркировки безалкогольных напитков нужно для перевода компаний в официальный сектор?
— Одной маркировки для этого недостаточно. Те, кто ведёт неофициальную деятельность, продолжают работать без проблем. На данный момент маркировка работает как система отслеживания произведённого товара. Чрезмерно строгое наказание за нарушение правил маркировки усугубляет ситуацию с коррупцией.
— Какие проблемы наблюдаются у ваших клиентов в сфере маркировки?
— Маркировка ограничивает возможности предпринимателей вести деятельность. Они вынуждены работать в условиях страха, и в работе многих можно найти нарушения.
Простой пример: предприниматели обычно заполняют одну машину сотнями товаров для отправки в магазины. Требование системы маркировки — указывать, в какой именно магазин направляется какой товар.
Если по счету-фактуре в каждый магазин нужно отправить товар на 1 млн сумов, а всего товара на 100 млн сумов, теперь в каждый магазин надо сдать товар на те 1 млн сумов через систему маркировки. Высока вероятность, что напиток в каком-то блоке отправится в другой магазин. В 99% случаев могут наблюдаться ошибки.
Поэтому в процессе дистрибуции почти никто не проводит товар через систему маркировки. Только крупные сетевые магазины соблюдают правила маркировки. Это создаёт большие неудобства для производителей, импортёров, продавцов. Не говоря уже о росте себестоимости продуктов из-за маркировки.
Представьте, для каждой единицы товара, который вы обычно отправляете вагонами, нужно приобрести маленькую наклейку с QR-кодом, которая стоит от 30 до 130 сумов. Для наклейки этих QR-кодов на рынке появились отдельные услуги. Сам процесс маркировки делает напиток, который вы пьёте, на 700−800 сумов дороже.
— Что ждёт предприятия, которые по какой-то причине могут нарушить правила цифровой маркировки? Насколько, по вашему мнению, правильно или эффективно привязывать сумму штрафа к выручке?
— Согласно Налоговому кодексу, нарушение производителями, импортёрами и продавцами правил обязательной цифровой маркировки влечёт наложение штрафа в размере 2% от чистой выручки за последний отчётный квартал. За повторное такое нарушение в течение года штраф составит уже 20%.
Другими словами, если вы нарушите правило маркировки, продадите какой-то товар без маркировки или при подсчёте остатков у вас будет обнаружена недостача по маркируемым товарам, вам придётся заплатить штраф исходя из общей суммы выручки.
Скажем, за прошлый квартал вы, работая прозрачно, выручили 100 млрд сумов. Если у вас потерялась бутылка напитка или если с неё слетела наклейка маркировки, за первый раз вас оштрафуют на 2 млрд сумов, а за второй — 20 млрд.
Это просто нереальное наказание. Эта мера сигнализирует предпринимателю: «Не обеляй свою деятельность», она формирует чёрный рынок. Потому что единственным способом снизить штраф будет занижение выручки.
Процент ошибки предпринимателя в процессе маркировки — 99%. Сумма же штрафа чрезмерно велика. Это никогда не послужит средством перевода бизнеса из неофициального сектора в официальный.
